Уроженец села Сончино Каменского района Александр Елизаров воевал в Первую мировую, а оказаться на Великой Отечественной в силу возраста и состояния здоровья ему не удалось. Но, даже будучи в тылу, он внес немалый вклад в Победу – увлечение пчелами помогло ему собрать деньги, на которые построили два танка и боевой самолет. Родственники рассказали необычную историю жизни путевого обходчика Елизарова.

Железка

Факт, что в ноябре 1942 года таловские колхозники передали для строительства танковой колонны «Воронежский колхозник» около 300 тыс. рублей, широко известен. Этот почин подхватили колхозники других районов области, и в конце апреля 1943 года в войска была передана танковая колонна из восьми машин. Но мало кто знает о личном вкладе путевого обходчика Россошанской дистанции пути Александра Елизарова, который на собственные средства построил и передал войскам два танка Т-34 и штурмовик Ил-8 (по другим данным – Ил-10).

Историю жизни Елизарова лучше других знает его правнук, 41-летний уроженец Каменки Евгений Емцев, хотя помнит прадеда смутно: когда тот умер, Жене было всего три года.

– Я собрал архив из документов и фотографий, – рассказал Евгений Емцев журналисту РИА «Воронеж». – О моем прадеде можно написать целую книгу – столько всего переплелось в его судьбе. Александр Игнатьевич родился в деревне Сончино в 1891 году и воевал в Первую мировую. Там в одном из боев ему отстрелили фалангу указательного пальца правой руки. А в другом бою он лично взял в плен семерых немцев. Вернулся домой дед после революции, в 1920-е годы, и устроился работать путевым обходчиком на железку. Тогда же начал жить с моей прабабкой Агриппиной Митрофановной – расписались они лишь в 1959 году. 

– Обход моего прадеда составлял 14 км каждый день – семь в одну сторону, семь обратно. Семья, где воспитывались три дочери, жила в будке обходчика в 15 м от рельсов, по которым поезда проносились на север, в сторону Москвы, и на юг – к Ростову-на-Дону.

Место, где стоял домик путевого обходчика, заросло деревьями и кустарником. Сейчас это дальняя окраина Каменки.

– От дома ничего не осталось – в 1956 году прадед вышел на пенсию, а через несколько лет он построил новый дом из шпал в соседнем селе Сончино и переехал туда жить, – пояснил правнук Елизарова.

Материал в газете

Когда началась Великая Отечественная война, Александр Игнатьевич попросился на фронт, но ему отказали: во-первых, ему уже стукнуло 50 лет, во-вторых, не хватало фаланги пальца на руке, а в-третьих, в военкомате сказали, что железка, где он к тому времени проработал около 20 лет, и есть его главный военный объект.

Страстью «деда Сашко» всегда были пчелы, и меда он собирал очень много, несмотря на то, что его пасека состояла всего из 12 ульев. Они стояли в паре десятков метров от рельсов, по которым каждые 10-15 минут мчались поезда.

В те годы войны окрестные поля стояли неубранными, заросли высокой травой, что для пчел было настоящим раздольем. К Елизарову за медом приходили оккупанты, занявшие эти места летом 1942 года, но дед жестами прогонял их, показывая, что меда у него нет. На самом деле запасы были колоссальные – он качал мед чуть ли не каждый день, заполняя одну за другой 200-килограммовые бочки, которые присыпал землей, пряча от чужих глаз. Этих бочек с медом у него накопились десятки. В итоге Елизаров нашел как ими распорядиться.

Место пасеки

Уже в 1943-м, когда юг Воронежской области был освобожден, мимо, в сторону Ростова-на-Дону, проходил воинский эшелон. На подходе к станции Евдаково он притормозил, из теплушки высунулся боец и крикнул Елизарову, стоявшему с флажком: «Давай, отец, «зеленый», хочется поскорее до фрицев добраться, чтобы всыпать им хорошенько!» А когда поезд тронулся, тот же боец сунул обходчику свежую газету.

– Уже дома прадед показал своей жене статью в той самой газете о том, что саратовский колхозник Ферапонт Головатый внес 100 тыс. рублей из личных сбережений на постройку боевого самолета. Прабабка, работавшая вместе с ним дежурной по переезду, и три дочери поддержали решение прадеда тоже собрать деньги на постройку самолета-истребителя, чтобы передать воронежцу – дважды Герою Советского Союза Сергею Денисову, – рассказал Емцев.

О том, сколько именно денег из собственных сбережений внес Александр Елизаров, точных данных нет, но, скорее всего, речь идет о 200–220 тыс. рублей.

Денежные мешки

Мать Евгения – Валентина Николаевна, вдова внука путевого обходчика, – рассказала журналистам РИА «Воронеж» семейную легенду о том, откуда взялись эти деньги:

– Дед Сашко вместе с бабкой дважды возили мед в Москву, всего получилось около 100 т. Для его перевозки им выделялись специальные вагоны. Как именно и кому они сдавали тот самый мед, точно не знаю, только они после привезли из столицы два мешка наличных денег – что-то около 200 тыс. рублей. До сих пор соседи подтрунивают надо мной, спрашивают: «Осталось что-то из той военной кубышки?»

После своего первого «транша» супруги Елизаровы отправили телеграмму самому Сталину: «Дорогой Иосиф Виссарионович!.. Следуя примеру Ферапонта Головатова, мы с женой Агриппиной Митрофановной решили помогать Красной армии громить поганых немцев не только своим трудом, но и своими сбережениями. В прошлом году я внес наличными в госбанк 80 тыс. рублей, на них был построен самолет-истребитель… На днях я подписался на заем и внес в Фонд обороны 45 тыс. рублей. Прошу построить на них танк и передать его землякам-танкистам генерала Руссиянова…»

В ответной телеграмме Верховный главнокомандующий поблагодарил супругов Елизаровых.

Судьба одного из танков, построенных на средства Елизаровых, осталась неизвестной. Второй танк передали в распоряжение командира 116-го гвардейского артиллерийского полка, который в 1943 году вел боевые действия в составе 9-й гвардейской танковой бригады.

А 25 августа 1943 года танк, как говорится в официальном документе от имени генерал-майора танковых войск Ульянова от 17 декабря 1960 года, «в бою под городом Изюм вместе с экипажем, возглавляемым командиром 116-го гвардейского полка майором Павлом Гладковым, сгорел от артиллерийского огня на позиции противника».

– Что же касается самолета, построенного на те деньги, то дедушка как-то рассказывал, что истребитель Ил строился в Воронеже после того, как эвакуированный на год в Куйбышев (Самару) авиазавод весной 1943-го вернулся в свои цеха. Дедушку даже приглашали на предприятие, показывали самолет, построенный на его средства. А летчики пригласили его в машину и сделали круг над Воронежем. Судьба этой машины, как и одного из танков, до сих пор неизвестна, – рассказала Валентина Николаевна.

«Любил жизнь»

После войны Александр Игнатьевич продолжал работать путевым обходчиком, водил пчел, воспитывал дочерей. Прожил больше 90 лет.

– Дед Сашко всегда был интересным человеком, весельчаком, – вспомнила Валентина Николаевна. – Незадолго до своей смерти он переехал из Сончино сюда, в Каменку. В последние годы он почти не вставал с кровати, но держался бодрячком. Его внук – мой муж Володя, умерший в 2013 году, – с детства играл на баяне, и деду очень нравилось слушать его…

– Александр Игнатьевич был веселым человеком, – подтвердил другой родственник Елизарова, Владимир Лазаренко. – В 1965 году он сватал мою невесту и так лихо отплясывал на нашей свадьбе, пел народные песни. Он очень любил жизнь…

У супругов Елизаровых трое детей, четыре внука, пять правнуков и 11 праправнуков. Потомки чтят их память.

Александр Игнатьевич умер в 1982 году, Агриппина Митрофановна – в 1983-м. На кладбище в Сончино они похоронены рядом.

Ветер доносит гудки поездов, проходящих по рельсам, возле которых прошла почти вся жизнь героя той войны, на которой ему не довелось побывать.