Фронтовик Сергей Анохин из Рамони редко появлялся на людях. Тому были веские причины.

Сергей ушел на войну в том же году, когда выпустился из школы. Офицер-танкист, гвардеец и орденоносец вернулся инвалидом. В январе 1945 года под Краковом экипаж чудом спас командира взвода тяжелых танков ИС-2 из горевшей боевой машины. Сергей Анохин получил ожоги лица и обеих кистей рук, частично потерял зрение. Родители не узнали сына, когда в августе он вернулся домой. Правая рука отказывалась служить ему, в 20 лет пришлось учиться писать заново.

О Великой Отечественной танкист-орденоносец рассказывал неохотно, но незадолго до смерти написал воспоминания о ней.

«Танкистом стал случайно»

«22 июня 1941 г. В этот прекрасный солнечный день состоялся районный слет сельскохозяйственных тружеников, который был в парке сахарного завода. В это время по радио прозвучало выступление Молотова, который сообщил о начале войны с Германией...

За время Великой Отечественной войны у меня погибли два дяди и два, вернувшись с тяжелыми ранениями и контузиями, вскоре умерли», – поделился Сергей Анохин в своих воспоминаниях в марте 1995 года.

– Отец рассказывал о войне разве что отдельные детали. И как-то обмолвился, что танкистом стал случайно. Из новобранцев-пехотинцев, в числе которых он был, сформировали танковый десант. Но в экипаже погиб заряжающий, и командир приказал отцу занять место убитого танкиста, – сообщил сын фронтовика Владимир Анохин.

«Боевое крещение я принял на Сталинградском фронте в 18 лет. Боевых эпизодов много, и они свято сохранились в памяти до сегодняшнего дня. На Сталинградском фронте – на поле боя – в нашем среднем танке Т-34 выявилась небольшая техническая неисправность, которую мы старались ускоренными темпами устранить, и это нам удалось. Пока мы ремонтировались, противник решил отбуксировать наш танк в свое расположение вместе с экипажем, но получилось обратное. Они подогнали свой танк к нашему, и, как только закрепили буксирный трос, наш танк взревел и потянул танк противника в нашу сторону…» – вспоминал Сергей Анохин.

В боях на Сталинградском фронте 22 декабря 1942 года он был тяжело ранен в левый коленный сустав и оказался в госпитале. Едва оправился от раны, как получил направление в Ульяновское танковое училище.

Стрелять и танцевать

– В училище были организованы ускоренные курсы подготовки командиров танковых экипажей. Отец рассказывал, что если в мирное время учеба здесь продолжалась четыре года, то на них отвели четыре месяца. Зато выпустили профессионалами военного дела: младшие техники-лейтенанты могли управлять любой техникой и снайперски стрелять из всех видов оружия. А еще танцевать. Курсанты очень удивлялись, зачем будущих командиров учили и такому искусству, но дисциплинированно посещали танцкласс, – рассказал Владимир Анохин.

Выпускников сразу направили на один из оборонных заводов Челябинска за новыми тяжелыми танками ИС-2. Каждому танкисту рабочие предприятия подарили армейские финские ножи. Сергей Анохин долго пользовался им в быту и хранил как одну из боевых реликвий.

Младший техник-лейтенант Сергей Анохин получил назначение в 99-й гвардейский тяжелый танковый полк 42-й отдельной гвардейской тяжелой танковой Смоленской, Краснознаменной, орденов Суворова, Богдана Хмельницкого, Красной Звезды бригады. Он освобождал Украину и Европу.

Сергей Анохин вспоминал, что после каждого боя от танка оставалась голая броня – ни крыльев, ни баков. Поврежденный ИС-2 отгоняли в ремонтный батальон, наскоро чинили, доукомплектовывали – и снова в бой.

Фронтовик считал танки ИС-2 лучшими боевыми машинами Великой Отечественной войны – во встречном бою они были практически неуязвимы для вражеской артиллерии, «тигров», «пантер» и прочего гитлеровского бронированного «зверья».

«4-й Украинский фронт. В одном небольшом польском городе мы получили приказ очистить его от немцев. На широкой городской улице меня заинтересовало небольшое количество пожилых поляков около дома из красного кирпича. Я приказал механику-водителю принять вправо и замаскировать танк. Это делалось очень просто – задом влез в сарай, а крышей от сарая покрыло сверху. Я в это время, после окончания 1-го гвардейского Ульяновского Краснознаменного танкового училища, был командиром тяжелого танкового взвода. Сам направился к скоплению поляков, которые стояли полукругом у стены дома. Я был поражен, когда увидел на земле, около стены, шесть трупов детей в возрасте от грудного до двух лет. У них были пробиты головы. Я поинтересовался, в чем дело. Мне пояснили: немцы, отступая, заходили в подвалы, где они находились с детьми, вырывали их из рук, брали за ноги и убивали об стену. После такого жестокого убийства детей мне казалось, что каждый немец повинен в случившемся, и не мог упустить даже одиночек. Уничтожал их автоматным и пулеметным огнем или приказывал заряжать снаряд-шрапнель, уничтожая скопление противника», – делился жуткими подробностями Сергей Анохин.

Покинул танк последним

В бою на подступах к польскому городу Кракову 19 января 1945 года танк Анохина в результате попадания фашистского снаряда загорелся. Командир приказал экипажу покинуть боевую машину. Танкисты выполнили приказ, вытащили тело погибшего наводчика. Сергей Анохин покидал танк последним. Его лицо и руки горели, пылала одежда. Пытаясь погасить пламя, он катался по снегу, пока не потерял сознание. Члены экипажа оттащили его в укрытие – танк мог взорваться.

Анохин перенес несколько мучительных операций. Только через полгода ему позволили взять в руки зеркало. Офицер с ужасом увидел свое новое лицо в лилово-красных рубцах. От прежнего симпатичного парня осталась лишь пышная кудрявая шевелюра.

«День Победы я встретил в эвакогоспитале села Лесково Винницкой области. Домой вернулся 23 августа 1945 г. инвалидом», – констатировал Сергей Анохин в своих записях.

Родители знали, что их единственный сын ранен. Но о подробностях увечья он им не писал.

За мужество и героизм, проявленные в боях с немецко-фашистскими захватчиками, Сергей Анохин был награжден двумя орденами Красной Звезды, орденом Отечественной войны II степени, медалями «За боевые заслуги», «За отвагу», «За оборону Сталинграда» и другими.

– Одна из первых наград отца – медаль «За отвагу», – как он рассказывал, осталась вместе с другим немудреным имуществом танкистов в полыхавшем ИС-2. Писать запросы, чтобы восстановить ее, отец не стал, потому что был очень скромным человеком. Он и в мирной жизни никогда и никого за себя не просил. Даже II группу инвалидности ему дали по настоянию тогдашнего главврача районной больницы Владимира Ивановича Радченко. А еще отец всю жизнь гордился знаком гвардейца. Учил меня, что гвардия – лучшие из лучших бойцов, элита армии, – отметил Владимир Анохин.

Скромный и трудолюбивый

Вернувшись в Рамонь, Сергей Анохин встретил Александру – девушку, ставшую его верной спутницей на всю жизнь. В счастливом браке родились дочь Наталья и сын Владимир. Анохины-старшие работали на разных должностях в местных организациях.

Фронтовые раны беспокоили Сергея Анохина всю жизнь. Правая рука плохо слушалась, воспалялась – очевидно, огонь повредил кости. Но он старался ни в чем не уступать здоровым мужчинам.

– Отец, сколько себя помню, улучшал семейное жилище. Сначала у родителей была хатка, крытая соломой. Потом он перестроил ее в избушку, затем – в домик. Когда мы с супругой затеяли строительство собственного жилья по соседству, он помогал нам. Всем, кто их знал, родители запомнились добрыми, скромными и трудолюбивыми людьми. Они любили природу и животных, – вспомнил Владимир Анохин.

Сергей Анохин ушел из жизни в 2004 году. Ему был 81 год. Александра Алексеевна пережила мужа на 12 лет.

– Когда придет время, я передам награды отца и семейный архив самым юным членам нашей семьи – для хранения из поколения в поколение, – пообещал Владимир Анохин.