Осенью 2004 года в Воронеже один за другим прогремели четыре взрыва. Погиб человек, семеро получили ранения. По городу поползли слухи, что это только начало – скоро на воздух взлетят дома и взрывы будут на площадях, рынках и в супермаркетах. Подобные настроения царили по всей стране. Это было время второй чеченской кампании: достать оружие и взрывчатые вещества тогда было легче, чем когда бы то ни было.

Сторожу одного из воронежских фармацевтических складов Андрею Еременко, томившемуся в безденежье, пришла в голову мысль, как нагреть руки на этом страхе. Он все продумал: долго и подробно вникал в специфику железной дороги, где намеревался устроить «теракт». Мужчина настолько вошел в роль, что правоохранители были уверены: они имеют дело с профессиональным железнодорожником.

О том, какую роль в этом преступлении сыграли СМИ, о маленькой устрашающей акции в детском саду, которую планировал преступник, и его талантах, оставшихся за пределами судебного разбирательства, – в материале РИА «Воронеж».

Имя героя изменено по этическим соображениям.

Игра в «куклы» и шашки

«Сообщаю абсолютно достоверную информацию: 9 октября 2004 года в Воронеже в людном месте произойдет мощный взрыв, намного сильнее всех предыдущих. Теракт тщательно подготовлен и спланирован так, что ожидается наибольшее число жертв. Имейте в виду: администрация области и ФСБ извещены об этом заранее. (…) От них требуется совсем немного: 200 тыс. евро и 200 тыс. рублей за ценную информацию».

Письма такого содержания были разосланы в редакции самых известных воронежских СМИ. А немного раньше – 17 сентября 2004 года – подобное прочитали в УФСБ по Воронежской области, в администрации города и области. К анонимке прилагалась подробная схема передачи денег.

Сотрудники спецслужб к посланию отнеслись со всей серьезностью. Шутка ли – в Воронеже взлетают на воздух автобусные остановки! Хоть оно и выглядело слегка бредовым, но мало ли: вдруг правда?.. В условленное место подкладывались «куклы», десятки оперативников сидели в засадах, и все без толку – «террорист» в ловушку не попался.

В очередной раз псевдоинформатор всплыл на горизонте воронежских спецслужб 15 ноября 2004 года. Около 18:00 на пульт дежурного по станции «Отрожка» Юго-Восточной железной дороги поступил сигнал о том, что на 576-м км перегона Отрожка – Сомово заклинило стрелку. Путевые обходчики, которые пришли устранять поломку, обнаружили, что стрелочный перевод заклинило чем-то непонятным, издали похожим на связку тротиловых шашек. Вызвали сотрудников спецслужб. При ближайшем рассмотрении «шашки» оказались несколькими деревянными брусками, обмотанными желтым скотчем и синей изолентой. К ним было прикреплено три записки. В послании говорилось: «Если не будет собрано 300 тыс. евро, произойдет крушение пассажирского поезда с огромным числом жертв». Опять прилагалась инструкция по передаче денег.

Автор послания предлагал сотрудникам спецслужб написать ему шестизначный номер телефона (чтобы была возможность звонить с уличного автомата) на заборе возле остановки «Педагогический институт». По этому номеру он должен был сообщить о своих дальнейших планах по передаче денег.

Правоохранители оценили остроумный ход. Предложенное место людное, кругом всегда полно автобусов и машин. Списать номер можно было, даже не выходя из транспорта. Но выбора у них не было – они вывели цифры краской в указанном месте и стали ждать. «Сделка» снова сорвалась. Как позже расскажет Андрей Еременко, он заметил «хвост». Впрочем, возможно, ему просто не хватило духу, чтобы довести начатое до конца. Фээсбэшники же со своими «куклами» опять ушли ни с чем.

«Документы»

Дело передали в Воронежскую транспортную прокуратуру, и оно благополучно пылилось бы там мертвым грузом, если бы 9 сентября 2005 года в Коминтерновском районе не произошел мелкий инцидент.

– Мы выезжали на происшествие, когда увидели странного мужчину, кинувшегося сломя голову от нашей машины. Он был сильно пьян и выскочил на проезжую часть. Его поведение насторожило, кроме того, он просто мог угодить под колеса – движение там очень оживленное, – рассказал корреспонденту РИА «Воронеж» бывший в то время сотрудником вневедомственной охраны при Коминтерновском РУВД Сергей Крекотнев.

Мужчину доставили в дежурную часть и попросили показать документы. Вместо этого он вынул из нагрудного кармана несколько листков отрывного календаря со схемами закладки взрывных устройств и подробной картой Юго-Восточной железной дороги. Милиционеры вызвали для разбирательства с пьяным гражданином сотрудников ФСБ и ГУВД.

Так анонимный «писатель» обрел имя. Андрей Еременко долго не таился, да и после обыска его квартиры это было бессмысленно. Две пишущие машинки, на которых были отпечатаны послания, сами образцы посланий, дневниковые записи, две банки пороха, пакеты с проводами, шурупами и батарейками – все свидетельствовало против него.

– Еременко очень тщательно и кропотливо готовился к совершению преступления. Он настолько хорошо овладел спецификой железной дороги, освоил все термины и нюансы, что мы были уверены: преступник – железнодорожник, возможно, кто-нибудь из числа попавших под сокращение и мстящих своему начальству, – поделился с корреспондентом РИА «Воронеж» бывший на тот момент следователем транспортной прокуратуры Матвей Сладких.

В частности, проверялась версия о причастности к преступлению бывшего работника Липецкой дистанции пути, страдающего психическим заболеванием. Он, хотя и был давно уволен, часто появлялся на железной дороге, общался с бывшими коллегами и попал под подозрение. Задержание Еременко восстановило репутацию экс-сотрудника.

Взрывной характер

Началось с того, что Еременко прочитал в одной газете о происшествии в Германии. Там один аферист умудрился завладеть очень крупной суммой денег, изображая террориста. Мужчина угрожал властям пустить под откос пассажирский поезд, если ему не заплатят. Самым креативным был способ передачи денег. Этот-то способ и запал в душу воронежскому парню. Коротая ночи на фармацевтическом складе, где он в последнее время работал сторожем, он мечтал повторить опыт немца.

Еременко, дожив до 39 лет и, по сути, ничего в жизни не добившись (сторож, без жены и детей, живущий в маленькой квартирке с мамой), все еще надеялся ухватить за хвост свою птицу счастья.

Женщины в его жизни периодически случались, но сбегали, не выдержав его взрывного характера. «При чем здесь характер, – обижался Андрей, – с милым рай в шалаше только в сказках. Будут деньги – и к характеру не будет претензий».

Он время от времени предпринимал попытки совершить ход конем. Первый предпринял во времена перестройки. Фотограф заштатного ателье решил рвануть в бизнес. Из стартового капитала – только родительская квартира, где они жили с матерью и братом-близнецом. «Сталинку» в центре города Еременко заложил под получение кредита. Нарвался на мошенников и потом в течение 12 лет судился, отстаивая право проживать в этой квартире. С тех пор родственники скептически относились ко всем его начинаниям. Впрочем, и сам Андрей надолго затих.

Время шло. Из фотографа он превратился в грузчика, из грузчика – в разнорабочего, потом – в сторожа. Его брат тоже не делал карьерных рывков, и Андрей решил переломить ситуацию, взяв реванш у судьбы во что бы то ни стало. Тут-то ему и попалась на глаза несчастная заметка про немца-афериста.

«Уроки немецкого»

К задуманному Андрей решил подойти серьезно: продумать все до мелочей и не оставить шансов правоохранителям его поймать. Он, как на работу, стал ходить на вокзал. Подходил к поездам, замерял расстояния от подножек вагонов до рельсов, ширину самих подножек и так далее. Понятно, что линейку и рулетку он с собой не таскал, использовал только ладони, локти, шаги. Думал над проектом день и ночь.

«Дебют» Еременко состоялся в Липецкой области 15 июня 2004 года. Уехал подальше от дома, чтобы запутать следы.

За 40 минут до проследования пассажирского поезда №286 Новороссийск – Мурманск на 270-м км перегона Сенцово – Липецк он снял два болта с рельсового стыка. Неполадку обнаружил монтер Липецкой дистанции пути, обходя свой участок. Рядом была прикреплена записка с требованием положить туда, куда он скажет, 400 купюр по 500 евро. Автор давал понять, что не шутит: дескать, знает, как завалить состав. И первые выкрученные гайки – лишь предупреждение. Поэтому к силовикам обращаться не советовал.

Купюры нужно было уложить в жестяные банки и прикрепить магнитом к ступенькам последнего вагона поезда №286. Снять контейнер Еременко должен был с движущегося состава, установив по пути только ему известный барьер (как раз этот способ он почерпнул из немецкого опыта). Все было сделано так, как требовала инструкция, однако расчет оказался неверным, и банка с деньгами – муляжом, само собой, – отвалилась, не доехав до пункта назначения. Андрей нигде не засветился и благополучно вернулся домой – уточнять расчеты и дорабатывать сценарий.

Неудачник по жизни

После того как попытки Еременко в одночасье озолотиться не выгорели, он с головой ушел в творчество – вместе с братом решил снимать мультики. Купил видеокамеру, несколько кукол и засел за сценарий. При обыске его квартиры нашли несколько общих тетрадей, исписанных аниме-задумками. «Черные комедии с элементами садизма и порно» – так емко сформулировал Андрей жанр. Однако это творчество не стало предметом судебных разбирательств – лишь еще одним аргументом для проведения экспертизы на предмет его психической вменяемости. В итоге эксперты твердо заявили: психических отклонений нет.

В обнаруженных записях Еременко, которые касались его «террористической деятельности», тоже было много творчества. К примеру, чтобы убедить фээсбэшников в серьезности своих намерений, он планировал устроить миниатюрную устрашающую акцию – «небольшой взрыв на окне детского сада», – так было написано в его дневнике. Никого калечить и убивать он при этом не собирался, рассчитывая, что вреда будет мало, шума – много, а сотрудники спецслужб станут более сговорчивыми. То, что все могло обернуться и настоящей трагедией, Еременко в расчет не брал. В изъятых записях было несколько десятков вариантов получения выкупа.

Правоохранители только вздыхали: его бы энергию да в мирных целях.

Еременко предъявили обвинение по п. «б» ч. 3 ст. 163 (вымогательство, совершенное в целях получения имущества, в особо крупном размере), ст. 207 УК РФ (заведомо ложное сообщение об акте терроризма). Ему грозило от 7 до 15 лет лишения свободы.

Разбирательство было кропотливым: 25 судебных экспертиз, в том числе технико-криминалистическая, судебно-химическая и автороведческая, и допрос 50 свидетелей. Вина лжетеррориста и вымогателя была доказана полностью.

– Еременко произвел на меня впечатление человека странного – не сумасшедшего, а скорее нелепого. Неудачника по жизни, что ли, как герои Пьера Ришара, – поделился с корреспондентом РИА «Воронеж» Матвей Сладких.

Когда история с письмами выплыла наружу, родственники Еременко были потрясены. Они считали его болтуном и несерьезным, но не способным кому-то навредить. Особенно корила себя его пожилая мать – санитарный врач: «Видно, я чего-то недодала, раз он решился на такое!» Растить мальчиков ей пришлось одной – когда Андрею и его брату было восемь лет, умер их отец.

Андрей тоже раскаивался в своей авантюре. Он говорил, что мог бы заработать шальные деньги и некриминальным путем. К примеру, снимая мультики…

Железнодорожный райсуд Воронежа под председательством судьи Валерия Александрова приговорил Андрея Еременко к 7,5 года колонии строгого режима 17 апреля 2006 года.

Редакция РИА «Воронеж» благодарит сотрудников Железнодорожного районного суда за помощь в подготовке материала.