В начале января 2004 года Воронежский областной суд под председательством Ивана Шмакова признал 27-летнего Алексея Ролгина виновным в убийстве трех и изнасиловании девяти девочек. Младшей было всего 11, старшей – 17 лет. Ролгина приговорили к пожизненному заключению. Он воспринял вердикт судей спокойно – ничего другого не ожидал. Впрочем, прокурор просил для него «в виде исключения» смертную казнь.

Кто стал жертвами маньяка и какие загадки преступления 17-летней давности остались неразгаданными – в материале РИА «Воронеж». Все имена изменены по этическим соображениям.

«Я ее никогда не увижу»

Первая девочка, 15-летняя Маша, пропала 15 марта 2002 года. Она плохо себя чувствовала и пошла в школу лишь ко второму уроку. Лицей №4, где училась Маша, находился в двух шагах от ее дома. Мать смотрела из окна, как дочь – хрупкий подросток в яркой желтой куртке и разноцветной шапочке – переходит дорогу. Девочка обернулась и помахала рукой на прощанье.

Около 15:00 мать позвонила домой узнать, как дела у Маши. Трубку никто не снял. Она набрала номер Машиной подружки, и та огорошила: «Ее сегодня в школе не было». Женщина сорвалась с работы, на попутке примчалась домой, ворвалась в квартиру:

– Я ее больше никогда не увижу! – задыхаясь, выдала она с порога.

Все хотели помочь несчастной матери: газетчики ставили объявления о пропаже девочки на первые полосы, телевизионщики прерывали сообщением об ее исчезновении передачи прайм-тайма. Знакомые помогали клеить листовки с фотографиями по всему городу. 

История о домашнем, тихом ребенке, который ушел в школу и бесследно пропал, взбудоражила весь город. Развязки с замиранием сердца ждали девять дней. Она оказалась ужасной.

Машу обнаружили в нескольких остановках от дома 24 марта. Нашли ее в смотровом колодце ливневых вод – обнаженную, изнасилованную и задушенную.

Паника

За поимку убийцы объявили вознаграждение. В милицию звонили десятки людей, но никто из них следствию не помог.

Отрабатывалось не менее десятка версий. Знакомые, родственники, соседи – все попали в поле зрения сыщиков. Предположения о том, что убийство мог совершить маньяк, ни у кого из ведущих следствие на тот момент не возникало.

Паника в городе началась, когда спустя пару недель неподалеку от места гибели Маши нашли тело 15-летнего мальчика. А 22 апреля в Центральный РОВД поступило заявление о пропаже 14-летней Ани Аниной.

Факты обрастали домыслами: из уст в уста передавались леденящие душу истории о пропадающих чуть ли не десятками подростках. Кто-то утверждал, что детей убивают из-за органов для трансплантации. Другие – что в Воронеже гастролирует липецкий маньяк.

– Убийство мальчика вскоре было раскрыто: выяснилось, что во время драки его забили одноклассники. Аню не нашли, но тело ее тоже, это позволяло надеяться, что она жива, но по каким-то причинам не хочет или не может вернуться домой. В тот момент версия о маньяке подтверждений не находила, – рассказал корреспонденту РИА «Воронеж» бывший тогда следователем по особо важным делам областной прокуратуры Михаил Мокшин.

На раскрытие преступления бросили лучшие силы правоохранителей. В оперативно-следственную группу кроме Мокшина вошли старший оперуполномоченный по расследованию убийств УУР ГУВД региона Валерий Солодовников, оперативники Михаил Свиридов, Алексей Жданов, Андрей Чечель, Иван Голоденко и прокурор-криминалист Мурат Цуроев. Но их почти круглосуточная работа результатов не давала.

А 17 августа в Воронеже пропала еще одна девочка – 11-летняя Ася Манохина. Ее вместе с восьмилетней подружкой увел со двора недалеко от железнодорожного вокзала незнакомый мужчина. Младшая, испугавшись уходить далеко от дома, вернулась, а Ася нет. Ее тело со следами надругательства нашли в районе поселка Рыбачий 23 августа.

И тут уже версия о маньяке-педофиле перестала казаться неправдоподобной.

«У него не все дома»

На этот раз преступника видело огромное количество людей. С ним разговаривали как минимум семь детей. Чтобы расположить их к себе, мужчина в джинсовой рубашке с длинными рукавами называл клички известных в этих местах ребят. В определенных кругах они считались крутыми – отпетые хулиганы, имевшие криминальное прошлое. Детям, вероятно, знакомство с такими парнями казалось престижным.

– Для нас было очевидно, что человек, который увел Асю, – из местных. Те, кого он называл, жили в этих краях и учились в девятой школе. Мы предположили, что он их ровесник и ему около 25 лет. Он, скорее всего, сидел – дети разглядели наколки на его кистях, – рассказывал корреспонденту РИА «Воронеж» бывший тогда старшим уполномоченным Михаил Свиридов.

Изучив списки выпускников 10-летней давности, сыщики отобрали три кандидатуры. Поехали в Перелешино, где в колонии строгого режима отбывал наказание один из тех, чьим именем козырял преступник.

– Поговорите с Алексеем Ролгиным, – назвал он оперативникам одного из трех «кандидатов». – У него не все дома, однажды мою жену чуть в подъезде не изнасиловал.

Ролгин жил недалеко от кондитерской фабрики, деля с матерью крохотную комнату в убогой коммуналке. Когда его пришли задерживать, он умудрился спрятаться. Сыщики устроили в доме засаду. Но через день подозреваемый выбрался из дома через чердачный лаз и рванул на автовокзал, чтобы уехать в Тамбов. На автовокзале его и задержали.

В убийстве Аси Манохиной он сознался сразу. Затем рассказал об Ане Аниной, показав место, где ее оставил. Останки нашли в лесу за Северным авторынком. Тело было привязано свитером к дереву. Рядом валялись пара туфель, пакет с учебниками, тетради по алгебре и русскому языку и школьный дневник.

«Пригрозил, что убьет»

Расследование заняло восемь месяцев. За это время было собрано больше 20 томов уголовного дела.

– Ролгина обвинили по 23 статьям Уголовного кодекса – это и изнасилование, и убийства, и разбой, и похищение людей. Оперативно-следственная группа опросила около 1 тыс. свидетелей. Уже в ходе следствия всплыли факты о шести изнасилованных девочках в возрасте от 10 до 17 лет. Некоторые из них знали, как зовут насильника, и даже где он живет! Одна из потерпевших была изнасилована за полгода до убийства Маши. Возможно, если бы она тогда же заявила об этом в милицию, многих трагедий удалось бы избежать, – поделился с корреспондентом РИА «Воронеж» Михаил Мокшин.

Когда Ролгина арестовали, оперативники тщательно изучили круг его знакомств за последний год. В этом помогли его записные книжки, расшифровки телефонных звонков. Всплыли неприглядные подробности его жизни.

Из материалов дела: «26 июня 2002 года около 12:00 во дворе дома по улице Студенческой Ролгин встретился с двумя девочками 15 и 16 лет. С одной их познакомил накануне его приятель. Девушка была безответно влюблена, а Ролгин пообещал «присушить» ее пассию. Они договорились отправиться в «магический клуб» за «магическими свечами», девушка взяла с собой подругу.

Доехали до конечной – «Авторынок Северный» – и отправились в лес. В безлюдном месте Ролгин предложил девочкам разделиться, поскольку «по магическому обряду, в этот лес можно заходить только порознь». Заведя одну из девочек вглубь леса, стал ее душить и требовать раздеться. Забрал ее одежду и отправился за второй девочкой. Когда он насиловал Н., М. сидела рядом спиной к ним. Обе плакали. Когда они возвращались назад, Ролгин пригрозил, что если они кому-нибудь расскажут о случившемся, он их убьет».

О пережитом ужасе девочки сообщили лишь тогда, когда Алексей Ролгин уже был за решеткой.

Из показаний Ролгина о похищении и убийстве Ани Аниной: «21 апреля 2002 года около полудня я гулял с девушкой. Мы зашли во двор дома на улице Мира, где магазин «Свет», попить пива. Девушка отошла в туалет, а мимо прошла девочка лет 13. Она мне понравилась, и я ей предложил встретиться на следующий день. Сказал, что мне нужно помочь убрать в квартире, за это я ей обещал заплатить. На следующий день она пришла, и мы отправились в Северный микрорайон, где я якобы жил. Доехали до конечной 90-го автобуса, а потом пошли через лес, «чтобы сократить дорогу». После всего она плакала, говорила, что никому не расскажет, лишь бы я ее отпустил. Я ее придушил внутренней стороной локтя, а когда перестала сопротивляться, руками за горло. Чтобы быть уверенным в том, что она мертва, стащил с нее свитер и туго за горло привязал к дереву».

Из показаний Алексея Ролгина о похищении и убийстве Аси Манохиной: «У Аси были две косички, и на вид ей было лет 13. Она была в малиновых шортах, полосатой майке с рисунком из мультфильма, она мне понравилась. Я им соврал, что потерял цепочку и паспорт и мне нужна помощь, обещал, если найдут, дать по 100 рублей. Я спустился с ними к железной дороге за гаражами, младшая девочка с нами не пошла, сказав, что ее будет ругать бабушка… Я, конечно, понимал, что если изнасилую Асю, мне придется ее убить, иначе меня найдут. Я гнал от себя эти мысли, решил: сначала изнасилую, потом посмотрим… Она сидела на бревне и плакала, говорила, что ее будут искать и теперь мне достанется за то, что я с ней сделал. Я стоял сзади и ударил ее ножом. Сначала в спину, потом в шею. Она упала рядом с муравейником. Я забросал ее ветками».

Во время похищения Аси Манохиной Ролгин подходил к двум маленьким девочкам, кормившим котят, и предлагал показать других – за гаражами. Девочки спросили у бабушки разрешения пойти с незнакомым мужчиной, но та запретила.

Младшая девочка, которая не пошла с Асей, узнав о смерти подруги, заболела. По словам ее бабушки, пришлось даже обращаться к психиатрам.

Ролгина видело и опознало огромное количество людей. Нашлись и дополнительные доказательства его вины. Перед тем как убить Асю, Ролгин заставил ее снять с себя сережки. Их он потом продал. Милиционеры нашли того, кто их купил. Еще одним доказательством стали найденные на месте преступления окурки сигарет, которые курил Ролгин.

Судьба человека

«Алексей, мой сын, рос простым ребенком, как все», – написала следователям его мать. Специалисты ГНЦСиСП имени Сербского, проводившие комплексную психолого-психиатрическую экспертизу Ролгина, выяснили, что значит «как все».

Он родился обмотанный пуповиной и не сразу задышал: врачи констатировали асфиксию. Мальчик мог не выжить. Потом он долго отставал в развитии. Его отец пил и во хмелю распускал руки – доставалось всем, кто был рядом. Мальчишка рос болезненным и плаксивым. Однажды родитель разбил ему голову об угол шкафа, потому что малыш утомил его своим ревом.

В два с половиной года мальчишку сбила машина. От черепно-мозговой травмы он стал заикаться. Когда Алексею исполнилось пять лет, его мать решилась сбежать от мужа-деспота. Поселилась у сестры в коммунальной квартире. Тогда же отдала сына в речевой интернат. В восемь с половиной лет Лешу перевели в обычную школу, ту, что была рядом с домом, – №9. Учился он скверно, два года просидел во втором классе. Учителя и одноклассники считали Алексея расторможенным. В 12 лет по настоянию учительницы его отправили на обследование в психиатрическую лечебницу. Но там, проверив, заявили: «Здоров».

В пятом классе мать снова отдала мальчика в интернат с диагнозом «бытовая и педагогическая запущенность». В новом классе Лешу запомнили слезливым, обидчивым и угодливым до наушничества. Из интерната он сбегал 10 раз «без видимых на то причин». Его поведение в классе выбивало всех из колеи – он постоянно дрался и рвал тетради. Однажды на глазах у детей надругался над собакой.

С 15 лет Леша стал выпивать, тогда же – воровать. В 17 ограбил мальчишку помладше, напав на него с ножом, и отправился в Бобровскую колонию на два года. Освободившись в 19 лет, стал общаться с теми, кто был значительно моложе. У младших он был в авторитете – травил байки о тюремной романтике, представляясь эдаким суперменом. Хотя, по рассказам знавших его в колонии, доблестью Алексей там не отличился. Говорят, его там сильно унижали. В колонии парень знакомился с девушками по переписке, некоторые слали ему свои фото. Одну из них он сохранил на память, на обратной стороне была подпись: «Самому дорогому и любимому человеку – Ролгину Алексею».

Через два года после освобождения Алексей снова загремел в тюрьму, на этот раз за грабеж и избиение. В Борисоглебской исправительной колонии к нему претензий не было, и его освободили условно-досрочно в сентябре 2001 года.

Разбитое сердце

Алексей вышел из тюрьмы и поселился в одной комнатке с матерью, работавшей в зефирно-мармеладном цехе кондитерской фабрики. За стеной – соседи, очередь в душ и туалет.

Устроился работать на заправку и познакомился с женщиной. Редкий случай – она была его ровесницей. Складывались серьезные отношения, пара стала жить вместе, Алексей охотно возился с сыном женщины. О былых «подвигах» молодого человека напоминали только татуировки на руках, которые он прятал под длинными рукавами рубашек.

Но в феврале избранница узнала от брата о нюансах тюремной жизни своего кавалера, и это ее шокировало. Она публично оскорбила Алексея и указала ему на дверь. Ролгин долго переживал, преследовал ее, чтобы объясниться, даже пытался покончить с собой, но возлюбленная была непреклонна.

В последнее время Алексей Ролгин работал разнорабочим на автозаправке в двух шагах от Коминтерновского РОВД. Был исполнительным, вежливым, опрятным. Никто и подумать не мог, что этот симпатичный юноша с тонкими чертами лица всерьез считает себя дьяволом. Он рисовал черепа и пентаграммы сатаны, читал книжки о черной магии, а в детях видел скрытые сексуальные желания.

«Считал, что у него есть алиби»

– Я был начинающим адвокатом и защищал Алексея Ролгина по назначению. Внешне он не был похож на зверя, симпатичный даже. Только очень подавленный, со мной разговаривал исключительно шепотом, – рассказал журналистам РИА «Воронеж» адвокат Дмитрий Шафоростов.

Ролгин, с его слов, свою вину в суде признавал. Но по одному из эпизодов – убийству Маши – утверждал, что у него есть стопроцентное алиби.

– Он работал на автозаправке и в день убийства там дежурил. С его слов, имелся журнал регистрации, где это было зафиксировано. Я туда отправился, попросил его, но со мной просто не стали разговаривать. У меня не было возможности заставить их показать этот журнал. Но в суде Ролгин официально признал свою вину и по этому эпизоду, – рассказал Дмитрий Шафоростов.

История с убийством Маши и в самом деле вызывала вопросы. Когда девочку нашли, тело настолько хорошо сохранилось, что невозможно было поверить, что оно пролежало в колодце девять дней. Возникло предположение, что ребенка около недели где-то удерживали. Потом заявили, что просто была низкая температура, поэтому следы тления были заторможены. Девочка шла по людной дороге, и не нашлось ни одного свидетеля, который бы заметил, как ее кто-то насильно тащил. Значит, она пошла со своим палачом добровольно.

Слова Ролгина о том, что он заманил Машу рассказами о щенках, которые находились «за гаражами», тоже выглядели сомнительными. Девочка была уже взрослой – сложно поверить, что она, направляясь в школу, могла пойти с незнакомым мужчиной под таким странным предлогом. История с алиби, которое коллеги Ролгина не захотели ни подтвердить, ни опровергнуть, тоже подлила масла в огонь.

Но по остальным преступлениям сомнений в виновности Алексея Ролгина нет. Его мать так и не поверила, что ее единственный сын оказался маньяком-педофилом. «Ну, хулиганил, подраться мог. На худой конец, украсть что-нибудь, но не убить же! Тем более детей!» – в отчаянии говорила она журналисту РИА «Воронеж», когда начался процесс над ее сыном. В суд она не ходила, называя то, что происходит, «судилищем».

Мать считала, что на допросе Алексею оторвали ухо. «Нашли козла отпущения – раз судим, так можно уже всех собак вешать! Его пытали, вот и признался во всем!» – в отчаянии восклицала она.

По словам защитника, Ролгин «сам причинил себе это увечье».

– По материалам проверки, которые имеются в деле, он упал с лестницы, – объяснил Дмитрий Шафоростов.

«Белый лебедь»

Суд прошел относительно быстро – всего за полгода. По ходатайству прокуроров показания большинства девочек оглашались без их присутствия.

– Согласно заключению психиатров, которые делали экспертизу, он был признан не полностью психически здоровым, что не исключило его вменяемости. Не было назначено принудительного лечения и освобождения от уголовной ответственности. В кассационной жалобе мы просили учесть его психическое расстройство и не назначать ему максимального наказания. Но Верховный суд оставил приговор без изменений, – отметил защитник.

Ролгин твердил, что он больной человек и его надо лечить. Жаловался на то, что его мучают кошмары, – каждую ночь снится, как он насилует маленьких девочек и издевается над ними.

Просился в больницу, считая, что в тюрьме его обязательно убьют. Но его отправили по этапу – в Пермский край. Через несколько лет после суда прошел слух, что Ролгина и вправду убили в тюрьме (или он сам там умер). Сотрудники УФСИН по Воронежской области по просьбе корреспондентов РИА «Воронеж» обратились к коллегам из Пермского края. Те сообщили: Алексей Ролгин жив-здоров и отбывает пожизненное заключение в колонии Соликамска, печально знаменитом «Белом лебеде».

Редакция РИА «Воронеж» благодарит сотрудников архива областного суда за помощь в подготовке материала.