РИА «Воронеж» продолжает проект, посвященный 100-летию уголовного розыска МВД России. Журналисты и эксперты рассказывают о самых громких воронежских преступлениях прошлого.

На счету Сергея Осипенко – убийства и изнасилования трех подростков и одной женщины в 2005 и 2006 годах. Его называли по-разному: то «убийца-коротыш», то «россошанский маньяк», то «серийник пятиэтажек», то «интеллектуальный подонок». Он входил в дом к жертвам всегда одинаково – ворвавшись следом за ними. Убивал жестоко, нанося множественные раны ножом, часто до полусотни. Преступника нашли всего за полтора года – для сексуального маньяка это небольшой срок. Корреспондент РИА «Воронеж» пообщалась с Сергеем Осипенко, пока шло следствие.

«Это сильнее меня»

Когда на руках Сергея Осипенко щелкнули наручники, он какое-то время просил адвоката. Потом спрашивал, какие у милиционеров доказательства. Все это – без удивления, буднично и обреченно. Потом он и вовсе стих, просидев с опущенной головой некоторое время. И вдруг выдал: «Спасибо, ребята, что вы меня задержали! Ох, сколько бы я еще всего натворил…».

В кабинете следователя по особо важным делам областной прокуратуры Мурата Цуроева его и вовсе «прорвало». Он взахлеб стал рассказывать обо всех своих «подвигах». Видно, то, что совершил за последние два года, давило и мучило его, просилось наружу.

– Понимаешь, – откровенничал он, – когда вижу 15-16-летнюю девочку, меня начинает колотить. Я ничего не могу с собой поделать, это сильнее меня.


Фото – Евгения Емельянова

Говорят, он пытался разобраться в себе. При обыске его жилища нашли много книг по психологии, психиатрии и криминалистике. Что-то из восточной философии и книги о Гитлере.

Когда на допросах его вдруг спрашивали о собственной пятилетней дочери, начинал плакать. А на следственных экспериментах, когда ему предстояло рассказать и показать на манекене, как он расправлялся со своими жертвами, его глаза загорались. Будто опять переживал сладостные для себя ощущения. Младшая из его жертв была старше его дочери всего на девять лет.

Хроника убийств

Десятиклассница россошанской школы №9 Аня 24 января 2005 года отправилась после уроков в библиотеку. Девушка считалась одной из лучших учениц класса, учителя называли ее «литературной» и одаренной, прочили филологическое будущее. Загрузившись книгами, 17-летняя Аня побежала домой – на улице было холодно.

Артур, бойфренд девушки, стал звонить ей во второй половине дня. Никто не отвечал. Подумав, что неполадки с телефоном, парень решил наведаться в гости. Дверь в квартиру оказалась незапертой. Артур переступил порог и вскрикнул от ужаса. Его возлюбленная лежала обнаженной, со связанными руками и раздробленной головой. У юноши подкосились ноги.


Фото – Евгения Емельянова

Сбежались соседи, вызвали милицию, «скорую». Безутешно рыдавший парень стал главным подозреваемым в убийстве. Милиционеры нашли дневник девушки, где Артур был описан как очень импульсивный и вспыльчивый. Через двое суток парня отпустили – подозрения милиционеров не подтвердились.

Спустя чуть больше полугода – 17 августа – в Воронеже в собственной квартире обнаружили 37-летнюю Елену с перерезанным горлом. У нее так же были связаны руки и раздроблена голова. И еще: обе жертвы были одинакового хрупкого телосложения и обе – длинноволосые блондинки. Но тогда на совпадения никто не обратил внимания. В круг подозреваемых попали рабочие, которые в то время делали ремонт в квартире Елены.


Фото – Евгения Емельянова

Ученики воронежской средней школы №3 не пошли на занятия из-за сильных морозов 25 января 2006 года. Но 26 января синоптики обещали потепление, и учебу решили возобновить. Классный руководитель 10 «Б» взялась обзванивать ребят накануне вечером, но до Ани никак не могла дозвониться. Около 20:00 трубку взял ее отец и произнес: «Аня в школу не придет. Ее убили».

Девочку изнасиловали и искромсали ножом. Эксперты насчитали на ее теле не менее 55 ран. В доме Ани милиционеры нашли много литературы о черной и белой магии. Случившееся отдаленно напоминало ритуальное убийство. Между тем жертва этого преступления тоже была хрупкой и светловолосой.


Фото – Евгения Емельянова

Лишь 6 марта 2006 года, после гибели еще одной худенькой белокурой девочки – семиклассницы Юли из школы №9 в Россоши, – заговорили о маньяке.

В тот день родители Юли уехали хоронить родственника в соседнюю деревню. Вечером договаривались помянуть его в Россоши. Но что-то не сложилось, и родители вернулись домой одни около 17:00. В спальне на кровати лежала их единственная дочь – обнаженная, со связанными руками и разбитой головой, исколотая ножом. Она была мертва.

Юля – справа
Фото – Евгения Емельянова

«Началась паника»

Сергей Нефедов, возглавлявший Россошанский ГРОВД с 1999 по 2010 год, вспомнил:

– Когда нашли тело Юли, в городе началась паника. Мы, кажется, вообще спать перестали. Отработали не сотни – тысячи человек. Но было удивительное единение с народом, такое разве что на войне случается.


Фото – Виталий Грасс

Нефедов показал рабочую тетрадь с записями о том, как работали над раскрытием убийств девочек. Пронумерованных пунктов больше десятка: поквартирный обход, проверка таксистов, связи семьи, списочные учеты психбольных близлежащих районов…

Уголовные дела объединили в одно производство и передали в следственный отдел прокуратуры Воронежской области. Оперативно-следственную группу возглавил бывший тогда следователем по особо важным делам Мурат Цуроев.

– Я знал, что если мы и найдем убийцу, то через Россошь – там работала замечательная команда, – признался журналисту РИА «Воронеж» Мурат Цуроев. – Это сейчас море техники – камеры наблюдения на каждом шагу, на машинах видеорегистраторы. Тогда ничего этого не было. В 2006-м по экспертизе можно было выяснить только сперму и группу крови. Ни о какой ДНК еще и речи не было. То преступление было раскрыто чисто на оперском профессионализме.


Фото – Виталий Грасс

Одна из соседок Юли вспомнила, что в день убийства видела в своем подъезде незнакомого мужчину, который странно себя вел. Когда она столкнулась с ним на лестничной площадке, он отпрянул и выскочил из подъезда. Как позже выяснилось, в этот день убийца охотился вовсе не за Юлей, а за ее одноклассницей, жившей в том же подъезде. Шел за ней, но увидел, что девочка позвонила в дверь своей квартиры и ей открыли. Через несколько минут этажом ниже Сергей увидел Юлю, которая сама открывала дверь.


Фото – Евгения Емельянова

У соседки оказалась хорошая зрительная память, с ее слов составили фоторобот. Предполагаемый преступник как две капли воды оказался похож на разносчика чая на ближайшем рынке в Россоши Сергея Осипенко. Милиционеры отправились на рынок, но человеку, похожему на фоторобот, уже передали, что им заинтересовались «органы», и он скрылся.

– Нашлись доброхоты, которые стали его «отмазывать», – вспомнил Сергей Нефедов. – Десять человек с рынка, где он работал, написали, что в момент убийства он был рядом. Помню его жену: красивая, яркая. Час билась в истерике, не верила, что страшный маньяк, от которого был в ужасе весь город, – ее муж.


Фото – Виталий Грасс

«Испытал бурю эмоций»

Жена Осипенко сообщила, что ее супруг уехал в Воронеж. Туда он периодически выезжал, поскольку страдал болезнью почек. По ее словам, снимал там квартиру второй год и проходил обследование в диагностическом центре. Милиционеры сделали запрос – человек с такой фамилией в диагностический центр никогда не обращался и вообще на учете у врачей не состоял. Подозрения милиции усилились, когда они узнали, что Сергей, отбывая «на лечение в Воронеж», в срочном порядке продал свою «Оку».

Ровно через месяц после убийства Юли и ровно через месяц после своего 36-летия – 6 апреля – подозреваемый в четырех убийствах Сергей Осипенко был задержан.

– И вот он сидит у меня в кабинете, дает показания – и никаких эмоций, полное опустошение, – поделился Мурат Цуроев. – Передо мной нормальный такой мужичок. Сидит рефлексирует, плачет, пытается разобраться в себе.


Фото – Виталий Грасс

– Когда я совершил свое первое убийство, – рассказывал ему Сергей на допросе, – я шел грабить. Был тяжелый в финансовом смысле период моей жизни. Я подкараулил эту девочку, как и всех, в подъезде. Она стала открывать дверь. Сначала железную, потом деревянную. Понял – дома никого нет. Прыгнул ей на плечи и затащил в квартиру. Когда ударил ее по голове, понял, что не грабить я пришел. Испытал бурю эмоций. Золото и деньги я взял просто так – для отвода глаз. (Все ценные вещи, прихваченные с места преступления, Сергей спрятал потом в каком-то подъезде под лестницей. Эти «вещдоки» – неоспоримые доказательства его вины. – Прим. РИА «Воронеж»). Следующий раз, когда я вышел «на охоту», у меня уже не было иллюзий насчет цели.

«Моя патология»

Во время следствия корреспондент РИА «Воронеж» в кабинете следователя Мурата Цуроева несколько часов общалась с Сергеем Осипенко.

Невзрачный 36-летний мужичок, рост 167 см. Кроткий, застенчивый взгляд. Гладкая, правильная речь. Облик сельского учителя.


Фото – Евгения Емельянова

– Семья у меня самая обыкновенная. Я вырос в городе Балхаш в Казахстане, на северном берегу одноименного озера. Из достопримечательностей там только горно-металлургический комбинат. Весь город вокруг этого производства завязан, – рассказывал Сергей. – Мама раньше была штукатуром-маляром, сейчас – уборщица. А отец – водитель.

Учился я нормально. Мог бы и лучше, но было неинтересно то, что навязывали преподаватели. Я всегда любил читать. Занимался и спортом – на любительском, конечно, уровне. Лидером в классе не был, но некоторые из учителей пытались сделать из меня комсомольского вожака. Впрочем, для меня это было чуждо, казалось фикцией.

В восьмом классе, помню, влюбился в одну девочку – отличницу. Она метиской была – черты лица как у казашки, а сама беленькая, маленькая. Хрупкая, очень красивая. И недосягаемая.

Союз развалился, все вузы стали платными. В нашем городе можно было поступать только в училище или техникум. Меня же интересовало высшее образование, мечтал выучиться на психолога. Но кому это было нужно? И главное – где было взять деньги на учебу? Попробовал вместе с сестрой заняться коммерцией. Там купил, здесь продал. Все, что зарабатывали, сразу же и проедали.

Отношения с женщинами были, но, как бы это сказать, на примитивном уровне. Собирались компаниями, выпивали, совокуплялись, потом разбегались без обязательств. Отношения с женой – первые и последние серьезные отношения с женщиной.

Моя жена на девять лет меня моложе, активная, энергичная, с сильной женской хваткой. Мы очень разные. Ей нужна шумная компания, веселье, возможность блистать и быть в центре внимания. Энергия ее всегда била через край. Мне же было комфортнее дома, среди книг. Противоположности всегда поначалу притягиваются. А потом, как правило, становятся причиной разлада.

Мы вместе прожили девять лет. Проблемы начались, когда случился дефолт в России. Мы тогда торговали, а тут курс доллара скакнул. Многие мелкие предприниматели тогда разорились. Мы тоже. Собрались и уехали в Россию к родственникам жены в Россошь. Поехали в надежде на то, что там будет больше возможностей, чтобы начать новую жизнь. А вышло шило на мыло. Не было стартового капитала, к тому же после такого фиаско коммерцией заниматься не рискнули.

Я пошел работать в кафе барменом, но трудился там недолго. Дважды меня подставляли, словом, пришлось опять искать счастья на рынке. Начал торговать чаем и кофе. Когда жена дохаживала последние месяцы беременности, я снял квартиру. Растить малыша в общаге для меня казалось неприемлемым. Родилась дочь, и начались настоящие проблемы – я крутился как мог, пытаясь обеспечить семью. Возвращался домой измотанный, а жена от одиночества и усталости набрасывалась на меня, закатывала истерики. Приходилось утирать ей слезы, готовить еду, стирать пеленки. Это копилось в течение пяти лет. Состояние одиночества усугубилось портящимися семейными отношениями.

Поймите, я не оправдываюсь. Конечно, задним числом все мы сильны. Я бы сейчас все поменял, ничего бы этого не было, а тогда… На меня что-то нашло, захватило, поймало, как в капкан. В голове крутилась только одна мысль. Вы же влюблялись когда-нибудь? Представляете? Ты можешь делать все что угодно, пытаешься отвлечься. Но ты уже себе не принадлежишь, ты «попал», и остановиться невозможно. Ты катишься с горы с бешеной скоростью. Если б меня в то время посадили на месяц, а лучше б на три, за какое-нибудь правонарушение, чтоб была возможность остановиться, оглядеться, одуматься, – ничего бы этого не было. А так – круговерть: дом – работа – проблемы. В этом колесе не было возможности что-то осмыслить и не поддаться бешеному искушению. Дальше – больше. Я не мог завести любовницу. Измена – это суррогат отношений. А для меня семья, как и родители, – святое…


Фото – Евгения Емельянова

В декабре 2006 года суд присяжных приговорил Сергея Осипенко к пожизненному сроку.

Верховный суд оставил приговор без изменений. Осипенко отбывает наказание в колонии «Полярная сова» в поселке Харп Ямало-Ненецкого автономного округа.