Семинар «Читать или не читать? Вот в чем вопрос!» прошел в Воронеже в субботу, 15 сентября. Семинар организовала школа эффективных коммуникаций «Репное» в поддержку книжного фестиваля «Читай-Болтай», проведение которого запланировано в городе на начало декабря-2018.

На мероприятии выступили известные российские ученые, популяризаторы русского языка и литературы. Обозреватель РИА «Воронеж» побывала на выступлении доктора филологических наук профессора Максима Кронгауза и записала самые интересные высказывания ученого о детском чтении.

Зачем читать с детьми?

– Я призываю всех, у кого есть дети, читать вместе с ними. В возрасте с трех до семи лет это особенно важно, так как закладывает традицию чтения. В школе все немного меняется: ребенок попадает в новую коммуникативную среду. Но если получится сохранить семейную традицию совместного чтения и в школьном возрасте, будет, конечно, прекрасно.

У меня трое детей, и когда младшей было около четырех лет, я читал им всем «Одиссею» Гомера. Казалось, это не оставляет никакого следа в младшей дочери, но однажды она, когда вставала ночью, процитировала: «Встала младая с перстами пурпурными Эос». Меня поразило, что я все-таки заронил в ней важный элемент литературы. Она до сих пор вспоминает об этом. Правда, скорее с негодованием.

Всегда ли ребенок понимает, о чем читает?

– Есть разные типы чтения и его восприятия. Особенно это касается стихов. Можно воспринимать смыслы, а можно – образы и звуки. Детская поэзия очень разная и очень важна для ребенка, хотя иногда особенных смыслов не несет. Одна из польз от совместного чтения детской поэзии состоит в том, что ребенок усваивает некие ритмы, которые рождают определенные образы. При этом важно читать стихи ребенку вслух, потому что взрослый человек сможет прочесть стихи с правильной интонацией, уловив размер, в то время как у ребенка много сил уйдет на сам процесс чтения, из-за чего никаких ритмов и интонаций он может просто не заметить.

Ярким примером этому могут служить стихотворения советских классиков: «Телефон» Чуковского, «Почта» Маршака. Разные отрывки этих стихотворений написаны в разных размерах, активно используют звукопись, создавая образы разных стран, животных. Ребенок может не знать значения отдельных слов, которые звучат в стихотворении, то есть не понимать все смыслы. Но благодаря звукописи, смене ритма и темпа чтения он улавливает образы. Стихотворения Агнии Барто «Болтунья» и «А что у вас?» Сергея Михалкова имитируют детскую речь, но такие неправильные с точки зрения правил русского языка предложения могут быть гораздо более понятными для детей. Звук иногда оказывается важнее смысла.

Всегда ли нужно чтение с пониманием?

– Я ставил такие эксперименты с детьми: предлагал им нарисовать картинки, которые они видят за поэтическими строчками. Рисунки были разными. Например, на строчки: «У меня зазвонил телефон. Кто говорит? Слон» – дети нарисовали разные телефоны: кто-то – радиотелефоны, кто-то – мобильные, и всего двое – старые кнопочные или дисковые телефоны, из чего можно было сделать вывод, что они уже читали это стихотворение и пытались воспроизвести иллюстрации из книжки. После строк «Как на пишущей машинке две хорошенькие свинки» пишущую машинку не нарисовал никто. Один мальчик нарисовал швейную машинку, которая сохранилась у них в доме.

В интернете гуляет аналогичное задание для школьников – нарисовать строчку Пушкина «Бразды пушистые взрывая, летит кибитка удалая». Никто не может нормально нарисовать ни кибитку, ни все остальное. Это подается как повод поиздеваться над школьниками. Но откуда школьник может знать эти слова? Эти тексты воспринимаются не дословно, без полного понимания. Мой любимый пример: кто из нас с вами использует в своей речи слово «салазки»? Мы узнаем лексику прошлых веков из стихотворений. Поэтому мой ответ на вопрос, всегда ли нужно чтение с пониманием, – конечно, нет. И не нужно останавливаться и пояснять, что такое бразды или телефон. Соучастие родителя заключается в том, что он правильно интонационно это читает. Ну и, конечно, участвует в этом празднике жизни – совместном чтении.

Нужно ли узнавать смысл?

– Конечно, нужно. Это другой тип чтения. И здесь тоже родитель незаменим, потому что ни один ребенок не читает книжки со словарем. Но это касается, прежде всего, нон-фикшн прозы. Если у ребенка возникает вопрос о незнакомом слове, конечно, нужно остановиться и объяснить ему.

Важен ли для ребенка язык и стиль произведения?

– Мой опыт подсказывает, что для детей неважно, каким языком и стилем написаны произведения. Чаще всего ребенка привлекают образы, созданные в книге. Если вы, будучи взрослыми, возьмете в руки те книги, которые производили на вас большое впечатление в детстве, вы увидите, что многие из них написаны совершенно кондовым языком. Например, я убедился в этом, перечитав во взрослом возрасте «Дом с волшебными окнами» Эсфирь Эмден или серию о волшебнике Изумрудного города Волкова.

Однако это не означает, что писатели, создающие детские книги, не должны обращать внимания на язык и стиль. Ведь какой язык ребенок впитывает из книг, таким он и будет владеть в будущем. Кроме того, нельзя забывать, что наиболее счастливая судьба всегда была у книг, рассчитанных не только на детей, но и на их родителей, которые, читая детям, считывают языковые нюансы.

Для чего читать?

– Чтение дает возможность проживания чужого опыта и формирования собственных моделей поведения. Мы живем в определенном месте в определенное время, и количество опытов, которые мы производим, и чувств, которые мы испытываем, ограничены. Книги позволяют нам выйти за пределы нашего частного опыта и узнать, что чувствуют и как ведут себя люди в ситуациях, нам незнакомых, или в тех, в которые мы не хотим попадать. Например, если взять какие-нибудь страшилки: мы не хотим подвергнуться насилию, попасть в преступное сообщество. В книгах мы можем это проверить, испытать эти чувства, но в приглушенном варианте. Это как прививки от болезни, которые спасают от самой болезни, заражая небольшой ее частью. Это чрезвычайно важная причина для чтения в молодом возрасте.

Не менее важна вторая часть – формирование собственных моделей. Я наверняка не окажусь в таких же ситуациях, как герои книги, но я смогу сформировать свое поведение на стратегическом уровне. Еще один важный момент – усвоение чужого словарного запаса. Огромную часть своего лексикона мы узнаем из книг, а не из живого общения. Потому что в разговорной речи большинство людей использует ограниченное количество слов. Сформировать словарный запас можно только на основе читаемой литературы. Для нормального существования и общения человеку достаточно тысячи слов в активном словарном запасе. А пассивный словарный запас среднего человека – около 40 тыс. слов. У интеллектуала еще больше. Казалось бы, зачем, если для активного использования столько не нужно? А затем, что даже в разговорной речи по отдельным вкраплениям можно легко отличить человека начитанного от неначитанного. Язык, словарный запас формирует мышление человека. И дальше – отношение к нему. Количество слов в словарном запасе позволяет нюансировать восприятие мира, что чрезвычайно важно и для самого этого восприятия, и для рефлексии по этому поводу.

Надо ли заучивать слова?

– Нет. Слова должны естественно входить в человека. Это проще объяснить на примере иностранного языка. Мой учитель Андрей Анатольевич Зализняк всегда советовал мне при чтении на английском не пользоваться словарем, стараться понять значение непонятного слова из контекста. И заглядывать в словарь, только когда наткнешься на непонятное или незнакомое слово во второй или третий раз. Тогда у вас уже будет эмоциональная реакция на это слово, и вы его запомните. Это же правило применимо и к родному языку.

Как заставить ребенка читать?

– Не нужно никого заставлять – это вызовет скорее отвращение к текстам. То же самое касается выучивания, например, стихотворений. Заучивание текстов – вещь полезная. Но это должно приносить удовольствие. Как сделать так, чтоб ребенок читал, не заставляя? Читать вместе с ним, показывать на своем примере, вовлекать игрой. Возможно, прибегать к незначительным обманам. Например, не хочешь спать – можем лечь на 20 минут позже, если почитаем книжку. А чтобы учить стихи, нужно, чтобы они нравились, увлекали.

Справка РИА «Воронеж»

Максим Кронгауз – доктор филологических наук, профессор, руководитель лаборатории социолингвистики Института лингвистики РГГУ, заведующий лабораторией лингвистической конфликтологии НИУ ВШЭ. Автор научных и научно-популярных книг «Семиотика, или Азбука общения», «Русский язык на грани нервного срыва», «Неучебник по русскому языку», «Самоучитель олбанского», «Сто языков. Вселенная слов и смыслов» и других.